Указ для УК

18.04.2012

В Хабаровском крае реализуется проект «Управдом», одним из разработчиков которого стал зампредседателя комитета по вопросам государ­ственного устройства и местного самоуправления краевой Законодательной думы, кандидат социологических наук Александр Фокин. На какие аспекты тарифной политики в ЖКХ и управления жилищным фондом может повлиять местная власть? На эти вопросы отвечает депутат Фокин.

Александр Михайлович, на защите интересов общества стоит Федеральная служба по тарифам России. Но тарифная политика вызывает у граждан отторжение. Почему не удается достичь баланса интересов государства, монополий и общества в вопросе тарифообразования?

Александр Фокин: Министерства и ведомства не могут отражать интересы населения, потому что состоят из нанятых правительством чиновников, подчиняющихся не обществу, а вышестоящим органам власти. ФСТ — орган регулирования, подотчетный только правительству страны, потому он не в состоянии решать проблемы граждан, а часто даже отмахивается от представителей общества, посланцами которых в Москве являются эксперты от регионов. Они пытаются ограничить тарифные аппетиты монополий. И ладно, если бы речь шла о росте тарифов в соответствии с уровнем официальной инфляции. Поскольку регионы имеют дело с фактической инфляцией, которая достигает 20 процентов, то решения ФСТ принимает в соответ­ствии с реальной обстановкой в сфере ЖКХ.

Вопрос во взаимоотношениях монополий и государства или существуют иные причины, заставляющие ФСТ принимать решения в пользу монополий?

Александр Фокин: Проблема в прозрачности не только тарифообразования, но и деятельности монополий. Во многих регионах страны задолженность предприятий и населения перед поставщиками энергоресурсов растет. Чтобы избежать негативных процессов, в тариф закладывают предполагаемые коммерческие и технологические потери. А кроме того — убытки из-за низкой производительности труда и квалификации персонала, плохой организации работ, высокой степени изношенности оборудования. Так формируется экономически не обоснованные тарифы.

Не раз убеждался в том, что снизить потери можно в разы даже без модернизации производства. Позволяя заложить в тариф ошибки менеджмента, государ­ство уничтожает мотивацию к снижению затрат, а неплатежи потребителей в миллиарды рублей не сказываются на финансовом положении монополий. Там и зарплаты значительно выше, чем в среднем по промышленности, и огромные бонусы топ-менеджерам, и высокая социальная защищенность работников. Ситуация не изменится, пока общество не будет допущено к контролю за деятельностью монополий.

Почему в тариф закладывают инвестиции на модернизацию производства ресурсоснабжающих организаций? В других отраслях на такие цели используется прибыль и кредиты банков.

Александр Фокин: Это возможно благодаря их монопольному положению на рынке. Если промышленное предприятие включит в себестоимость товара затраты на модернизацию, его продукция сразу станет неконкурентоспособной. Но энергетикам это позволено, потому что потребителям деваться некуда. Как добиться конкуренции в единой энергосистеме? Четкого ответа нет. Большое количество поставщиков энергоресурсов у нас появится не скоро — такова государ­ственная политика.

По какой причине тарифы не только завышены, но и значительно отличаются в разных регионах?

Александр Фокин: Коммунальным предприятиям выгодно, чтобы тарифы были завышены. При этом расчеты ведутся по усредненной величине. И хотя в одних многоквартирных домах может быть жарко, а в других — холодно, платят все одинаково. Счетчики тепла установить сложно, так как у нас не горизонтальная, а вертикальная система разводки труб теплоснабжения. Избежать такой ситуации помогает организация индивидуального потребления коммунальных услуг, когда в домах устанавливают тепловые узлы, работающие на природном газе. В результате в Краснодаре, например, стоимость коммунальных услуг для двухкомнатной квартиры составляет 2,5 тысячи рублей, а в Хабаровском крае — четыре-пять и даже выше. Таким образом, на тариф влияет не только монополизм энергетиков, но и применяемые схемы подачи тепла и разная стоимость ресурсов.

Отличаются и максимально допустимые расходы семьи по коммунальным платежам. В Москве установлена планка в десять процентов от совокупного дохода семьи, а в Хабаровском крае — 22. Почему?

Александр Фокин: Это зависит от бюджетных возможностей регионов по расходам на социальную сферу. Москва — место регистрации большинства вертикально интегрированных компаний, в столице концентрируются основные доходы. В регионах остается лишь малая часть прибыли. Изменив политику, можно увеличить поступления в бюджеты регионов и получить возможность выровнять объемы субсидий для населения.

Почему, хотя сфера ЖКХ стала привлекательной для бизнеса, ситуация в отрасли в лучшую сторону не меняется?

Александр Фокин: ЖКХ — одна из самых рентабельных отраслей экономики: триллионы рублей за услуги поступают регулярно, а уровень платежей граждан достигает 95 процентов. Здесь лучшая оборачиваемость финансов, а рентабельность в разы выше, чем на производстве. Казалось бы, вот где можно добиться низкой себестоимости услуг, но фактически эта сфера считается отсталой. Управляющие компании унаследовали худшие черты ЖЭКов, в том числе в сфере кадровой политики. Сюда мало что вкладывается, зато много выкачивается. Мотивы повышать эффективность УК отсут­ствуют.

Но на рынке уже существуют инновационные предприятия, использующие новые технологии. Недавно мне удалось познакомиться с одной из них, которая предложила в десять раз снизить стоимость ремонта кровли при повышении качества. Необходимо, чтобы управляющие компании не только узнали о новых игроках на рынке ЖКУ, но и активно стали вовлекать их в свою работу.

В судах продолжаются процессы, связанные с жалобами потребителей на качество работы УК. Вопрос в контроле над их деятельностью?

Александр Фокин: Законодатель понял, что совершил ошибку, и внес поправки в Жилищный кодекс РФ: контроль над деятельностью УК теперь возложен на муниципалитеты. Правда, минрегионом до сих пор не разработаны подзаконные акты, которые позволяли бы наказывать нерадивые УК. Но последнее слово остается за соб­ственниками. К депутату приходит избиратель и спрашивает: «Я работаю и плачу налоги, содержу семью и воспитываю детей, а вы на меня возложили и бесплатные обязанности контроля. В чем тогда функции органов власти?» И он прав.

Сейчас родился вариант управления общим имуществом дома посредством управдомов — представителей собственников. Законодатель добавил полномочий и штаты жилищным инспекциям, и на этом фоне проект «Управдом» стал выглядеть привлекательнее.

В чем суть проекта, в реализации которого вы принимаете участие?

Александр Фокин: По закону источником финансирования обучения будущих управдомов являются внебюджетные фонды или бюджеты территорий. В бюджете края денег не нашлось, но 1,2 миллиона рублей выделила администрация Хабаровска. Существует практика, когда в штат УК вводится управдом, знающий состояние жилищного фонда и являющийся представителем собственников. Не все УК восприняли позитивно такую идею. Внедрять институт управдомов оказалось сложно, хотя он замышлялся как независимый орган. Возник вопрос оплаты труда управдома, источником которой могла стать строка в квитанции об оплате жилищных услуг. Пока идея оформлена как пилотный проект. Обучение проходят 50 человек. Но институт домоуправов заслуживает доверия собственников. Ни один акт о выполненных управляющей компанией работах не может быть оплачен без подписи управдома, ни одно решение УК не подлежит исполнению без его согласия. Такой механизм управления жилищным фондом имеет перспективы.

Беседовал Андрей Смирнов

Российская газета